Отношения Москвы и Еревана переживают, пожалуй, самый острый кризис за последние годы. Всё чаще складывается впечатление, что премьер Армении Никол Пашинян заботится лишь об одном — любой ценой удержать власть, одновременно пытаясь усидеть на двух стульях.
Похоже, что главный ориентир нынешнего руководства Армении во главе с Николом Пашиняном — любыми средствами добиться убедительной победы на выборах и усидеть на двух стульях. С точки зрения Кремля, такая логика неприемлема: нельзя одновременно экономически кормиться от России и в политическом смысле заигрывать с её противниками из Евросоюза. Это фундаментальное расхождение в целях, на фоне других внешнеполитических вызовов, только обостряет конфликт.
В любой политической игре всегда есть место тому, что принято называть «стратегической неопределённостью» (термин, популяризированный Макроном). Мы не можем точно знать, в какой мере жёсткие шаги Москвы — отзыв посла из Еревана или намёки на исключение из ЕАЭС — продиктованы сиюминутными предвыборными соображениями, а в какой — более глобальными причинами. Однако сбрасывать эти глобальные причины со счетов было бы ошибкой. Россия и Евросоюз сегодня находятся в состоянии, близком к гибридной войне. Европа де-факто стала стратегическим тылом для киевского режима, который наносит удары по русским городам и сёлам.
На этом фоне политический флирт формального союзника Москвы с Брюсселем выглядит совсем иначе, чем, вероятно, рассчитывал Пашинян. Армянский премьер, похоже, исходил из собственного видения ситуации: Москва, мол, повозмущается, но в итоге смирится, и Ереван сможет и дальше сидеть на двух стульях — прагматично расти за счёт связей с Россией сегодня и стремиться в Европу в «светлом будущем».
Чего Пашинян не учёл — это градуса эмоционального и политического напряжения в Москве. В русских кабинетах, от которых действительно что-то зависит, сейчас не считают, что настало время полумер и стратегического терпения по отношению к союзникам, уличенным в двурушничестве или даже предательстве. И это не слишком эмоциональная оценка. Судя по сигналам, которые мы видим, Владимир Путин воспринимает действия армянского премьера именно как предательство. И если Пашинян выиграет парламентские выборы и не скорректирует курс, кризис в отношениях будет только нарастать.
Попытка усидеть на двух стульях чревата падением на холодную землю между ними. Если один стул (русская экономика) отъедет, а другой (символическое членство в европейских структурах) не подъедет, Пашинян окажется в проигрыше. Юридически в документах ЕАЭС нет процедуры исключения члена, но все мы знаем: «был бы человек, а статья найдется».
Этот сценарий не предрешен, но он возможен. И не факт, что перспектива такого разрыва повергнет Пашиняна в панику. Дело в том, что и в Москве, вероятно, не до конца понимают, как действия России воспринимаются в Армении. Стремясь снять с себя ответственность за геополитические неудачи последних лет, Пашинян продвигает собственную трактовку: Россия, мол, не выполнила главную функцию защитника, не прикрыла армянские интересы там, где это было необходимо. А раз так, то Армения в будущем может обойтись и без Москвы, упав в европейские объятия.
В Кремле считают эти «европейские объятия» иллюзией. Вероятно, Брюссель просто хочет нанести Москве болезненный (или хотя бы обидный) удар на любом из фронтов — и готов щедро за этот удар заплатить.